Крысы не любят освещенных мест. Поэтому, находясь между светлым и темным помещением, выбирают тьму — безопасность первобытных нор. И вот крыса ныряет в темный отсек. Но едва оказавшись там, обнаруживает, что пол – одна большая педаль, включающая ток в соседней клетке. Где сидит другая крыса, которой больно и она пищит. Ну, как мы, точнее крыса, поступим? Об альтруизме часто говорят применительно к людям. Но и большинство грызунов не готовы мириться с чужими страданиями. Они возвращаются в ненавистный светлый отсек, лишь бы прекратить мучения сородича. Правда, не все. Примерно трети плевать. (справедливости ради замечу, что примеры животного альтруизма, как правило, встречаются лишь в экспериментальных ситуациях. В дикой природе все сложнее). Но и крысы-альтруисты остаются такими лишь пока уровень неудобств не превысит какого-то порога. Когда ученые усложнили условия — начали добавлять в светлую зону тесноту, шипы, шум, — даже самые сострадательные крысы «передумали». Люди, вопреки романтическим представлениям, действуют похоже. На помощь можно рассчитывать лишь в пределах, которые не доставляют другому особых неудобств. Наша отзывчивость имеет четкие границы, за которыми включается режим «спасай лучше себя». PS И еще одна щепотка дегтя. Вообще, мозг думает только о себе. Точнее – о нас, нашем организме. Человек может искренне любить помогать другим людям, но нравится ему это занятие потому, что в ходе альтруистичных действий непосредственно внутри его головы выделяются гормоны радости. Мы спасаем не столько других, сколько свое настроение. Помогаем, так как получаем ощущение удовольствия или правильности жизни. Мои книги: "Человек покупающий и продающий", "Стратегия вверх тормашками"